Воинственное племя индейцев брибри

В Коста-Рике насчитывается чуть более 100 тысяч человек, причисляющих себя к индейцам (2,41% населения), которые разделяются на восемь этнических групп, говорят на пяти языках и живут на 22 территориях. Одно из этих племён – брибри – обитает на границе с Панамой, в горах Таламанка, на территории в 43.690 га, а также в Южной зоне страны. Небольшая часть племени проживает на территории Панамы, в районе Бокас дель Торо. Это самое крупная этническая группа, её численность составляет около 10 тысяч человек. Википедия

История брибри точно не описана, говорят, что их территория до прихода европейцев распространялась до самой Центральной долины страны, а также занимала большую части территории Панамы. Они в штыки приняли засилье новой культуры. В годы колонизации испанцы пытались в этом районе основать город Сантьяго де Таламанка, однако индейцы сожгли все постройки и убили священников. Но процесс колонизации продолжался. В 1710 году индейский Царь по имени Пабрý Пресбере (или, на испанский манер, Пабло) поднял на восстание всё племя брибри и другие соседние племена, они сожгли 14 католических храмов, убили несколько священников и солдат и уже собирались атаковать город Картаго, который в те времена считался столицей Коста-Рики. Но коварные испанцы обманули Пабло, он поверил их обещаниям и сдался, а они, естественно, его казнили. Хоть Пабло и погиб, но после этого восстания испанцы еще на много лет оставили индейцев Таламанки в покое. А брибри, в свою очередь, также предпочли уйти подальше в горы, изолировались от «латинского» мира и таким образом смогли сохранить свои традиции, песни, язык и верования. Пабло Пресбере с тех пор и на века считается национальным героем индейцев Коста-Рики. В XIX веке всю зону Нижней Таламанки, как и остальные районы провинции, заняла американская банановая компания «United Fruit Company». Однако они не смогли там закрепиться из-за сильных дождей и наводнений, которые размывали посадки и сносили мосты. До сих пор индейцы вспоминают эти дни и уверяют, что в том была заслуга их шаманов «usecares», которые своими песнями и плясками вызвали проливные дожди на головы американцев. В период с 1977 по 1985 год были официально оформлены территории индейцев брибри, и с тех пор «латинские» люди не имеют права покупать землю и селиться в тех районах.

Но главное – видеть всё своими глазами. Посещение Брибри давно стояло в планах Русской газеты. Нам было не просто организовать встречу с индейцами, так как они не доверяют незнакомым людям. Нам повезло, что один друг – Марлон Миранда Бланко, асессор Министерства народного образования Коста-Рики, оказался по линии своей матери выходцем из этого племени (а они, оказывается, ценят больше всего происхождение именно по женской линии). Также наша подруга Ольга Скворцова, врач в Поликлинике Хон-Крик, за долгие годы работы приобрела друзей среди местных жителей, и направила нас к одному из них.

Тимотео Джэксон живёт близко от центра Брибри. Это небольшой посёлок, «столица» индейского района, он находится в 220 км от Сан-Хосе и всего в одном километре (по прямой) от границы с Панамой. В центре посёлка наше внимание привлекли надписи на зданиях на двух языках – испанском и брибри: «Buae á dé Bribriwak ká ki». Это не туристическое место, от берега моря (Пуэрто Вьехо) его отделяют 13 км. Почти все жители там – местные. И хоть они и не носят национальные одежды, всё же по их внешнему виду можно догадаться, какой они национальности. Дон Тимотео живёт в поселке Ранчо Гранде. Его дом построен в индейском стиле, покрыт пальмовыми листьями, а внутри – земляной пол, висят гамаки. На стене – большой портрет Пабло Пресбере.

Мы попросили Тимотео рассказать немного об истории и культуре своего народа. «Я говорю на брибри лучше, чем на испанском языке. До 14-летнего возраста я был неграмотным и не умел говорить по-испански. В 1959 году начал ходить в школу, мне очень хотелось научиться читать, писать и говорить по-испански, но мне было очень трудно, и учительница меня часто наказывала за то, что я говорил на брибри, один раз даже ударила по спине до крови. Мой дядя умел говорить по-испански, он встал на мою защиту и на общем собрании ассоциации высказал протест. Дядя вызвался сам учить меня испанскому языку, и я ходил на занятия по выходным дням, днём работал. Однажды утром я вошёл в класс и приветствовал всех по-испански, учительница изумилась моему прогрессу и попросила у меня прощения. Так я очень скоро освоил язык. А когда окончил четыре класса, мне исполнилось 18 лет, и я уже не мог больше оставаться в школе. Я мечтал стать врачом, но, к сожалению, не получилось. Даже не смог как следует научиться писать. Но во всяком случае, могу высказать свои идеи и заявить о правах нашего народа». «Мне уже много лет, мы с женой недавно отпраздновали 50 лет совместной жизни, у нас 13 детей, все говорят на брибри. Помню многие события прошлых лет. Когда на нашу территорию в 60-х годах пришли люди из компании RECOPE, чтобы бурить на нефть, осушили нашу реку и начали рубить посадки какао. Я тогда еще очень мало говорил по-испански, но понял, что дело было серьёзное. Я быстро позвал друзей и родственников, одни вышли со стрелами справа, другие со стрелами слева, и когда всё племя вышло на оборону, работы прекратились. Позже, помню, пришли люди из компании Sixaola, начали рубить деревья и привезли трактор. Пришлось так же остановить их луками и стрелами, в тот раз не только мужчины, но и женщины вышли на борьбу. В 1993 году Международный банк выдал кредит, и пришли люди разведывать полезные ископаемые в районе Суретка. Мы сразу поняли, что это может нанести нам большой вред и начали бороться. Мы выступали против Договора о свободной торговле с США. И сейчас нам угрожает одна норвежская компания, хочет рыть шахты, но мы сопротивляемся. Государство нам не помогает. Сколько нам не обещали строить школы, дороги, университеты, больницы, водопроводы – ничего не выполнили. Мы не сдаёмся. Мы помним, что в 1932 году убили нашего вождя Антонио Салданья, но его брат отомстил: он наслал такой ливень, что в Лимоне всё затопилось! Вода снесла мосты, погибло много людей.  Мы помним подвиг Пабло Пресбере, который объединил всех индейцев вплоть до реки Сарапики. Официально, у нас сейчас нет вождя. Но это неправда. Он есть, но никто не знает, кто он, ни где живёт. И никогда не узнает».

«А теперь расскажу немного о нашей культуре. Основной праздник брибри – церемония перед началом посевов. Все мужчины встают в круг, а женщины – сзади. Первый мужчина начинает петь, затем второй, по правую руку, ему отвечает, и все подхватывают припев. В своих песнях мы просим богов даровать нам хороший урожай. Брибри – опытные земледельцы. Перед началом посева, мы определяем территорию посадками по углам и на входе делаем «ворота», оставляем участок в покое на три дня. На четвёртый день весь его засеиваем кукурузой. А затем, кто бы из семьи ни пришёл работать на этом участке, знает: внутри его запрещено есть. Чтобы пообедать, мы отходим подальше от поля. Так наши посевы не трогают ни еноты, ни попугаи».

«Свадебные привычки у нас простые. Если молодой человек достиг 18-летнего возраста и хочет жениться, он присматривает себе девушку и предлагает ей создать семью. Если она пока не уверена, он подождёт ещё год. Если девушка согласна, он рассказывает о помолвке своим родителям. Тогда обе матери встречаются и разговаривают, так же общаются отцы. Затем будущий свёкор даёт зятю задание на неделю и смотрит, как он работает. Тоже невеста должна выполнить работу для будущей свекрови. Если молодые люди выдерживают испытание, им разрешают жениться. Такие привычки были раньше. Но теперь всё это, к сожалению, потеряно; молодые парни звонят девушкам по мобильному телефону, те выходят погулять без разрешения родителей и вскоре возвращаются беременными…»

Брибри продолжают почитать своих древних богов, из которых главный – Сибý. Однако мы также любим Христа, бога-отца, сына и святого духа, которого включили в свою религиозную систему.

«Наша традиционная культура постепенно теряется. Молодые люди не хотят ничего делать, если им не платят деньгами. Не хотят говорить на нашем языке. Хорошо, что в последнее время в местных школах начали преподавать язык брибри, среди моих детей трое работают учителями родного языка. Одна дочь очень красиво поёт народные песни. В посёлке Амубри открылось радио «Голос Таламанки», которое передаёт национальную музыку. Я стараюсь бороться за нашу культуру и за наши права. Правительство заявило, что тем, кто говорит на родном языке, они будут оказывать помощь. Когда была организована индейская территория, людям это не понравилось, они говорили, что не хотят жить «за загородкой, словно куры или свиньи». Но затем, когда увидели, что правительство действительно помогает, все стали называть себя индейцами и захотели жить на нашей территории. Но для этого человек должен предъявить документы, свидетельствующие о его происхождении. Не часто, но встречаются хорошие люди, которые встают на нашу защиту. Есть такая женщина, Татьяна Лобо, известная писательница, она часто бывала у нас, когда еще не было хорошей дороги, помогала нам продавать в Сан-Хосе изделия народного творчества. В последнее время развивается туризм, туристы заходят к нам, как к себе домой. Но этого не должно быть, надо навести порядок. Закон № 169 гласит, что каждый турист, который что-либо приобретает на индейской территории, должен оставить 10% местным жителям. Кроме того, иногда под видом туристов приходят проповедники всяких сект, этого нам совсем не надо. А бывают и такие туристы, которые приезжают из США и говорят на брибри! Одна меня очень этим удивила. Сказала, что ей так нравится индейская культура, что она ест белок, обезьян и ящериц».

Также мы побеседовали с молодым человеком по имени Умберто Буитраго Паес, который работает медбратом в «EBAIS» (поликлинике) Брибри. Он рассказал, что по закону все индейцы имеют право получать бесплатную медицинскую помощь. Как и в других местах, пожилые люди обращаются с гипертонией, диабетом, сердечно-сосудистыми заболеваниями. Также есть много случаев вирусных инфекций, передаваемых комарами: лихорадка денге, зика, чикунгунья. Поликлиника в Брибри принимает пациентов из 12 посёлков, в том числе и с индейской территории. Медсёстрам и братьям часто приходится посещать разные деревни и посёлки, они предпочитают работать с комитетами по здоровью. На территории есть проблемы с питьевой водой. В то время как в горах источники кристально чисты, в посёлках Нижней Таламанки вода уже значительно загрязнена. Распределением воды в Коста-Рике занимается компания Acueductos y Alcantarillados (AyA), но им не выгодно проводить водопровод для индейцев, так как все знают, это эти люди не будут платить. Значит, в дело должно вмешаться правительство и вложить казенные средства, но до сих пор этого не происходит. Это зависит от политики. Поэтому, конечно, часто встречаются желудочно-кишечные расстройства, паразитозы. В последние годы медики добились значительного снижения детской смертности, однако всё-таки бывают случаи из-за отдалённости проживания, людям приходится идти через лес несколько дней, и когда они, наконец, доходят до врача, ребёнок не выдерживает. В крайних случаях можно задействовать вертолёт, но это не всегда доступно. Хромает снабжение медикаментами. Часто люди приходят издалека, а когда обращаются в аптеку, им говорят прийти на следующий день! Раньше медбратья доставляли лекарства в дальние посёлки, но сейчас это не делается, так как выдавать лекарства по правилам должен только дипломированный фармацевт. Недавно был предложен проект использования дронов для транспортировки лекарств, но по той же причине он был отвергнут. Кроме того, индейцам не нравится, чтобы дроны летали у них над головами и «заглядывали» в каждый двор.

«Население брибри в настоящее время достигает 25 тысяч, хотя эта цифра официально принижается, – говорит Умберто.  – Должен заметить, что средства массовой информации часто искажают действительность, уверяют, что Таламанка – самый бедный кантон в стране. Эта «жёлтая» пресса наносит большой вред, так как Таламанка, на самом деле, – очень богатый кантон, здесь есть девственные леса, нефть, золото, полноводные реки. Но вся загадка в том, что правительство желает добывать все эти природные богатства и для этого морально принижает индейцев, чтобы добиться их согласия на разработку. Существуют огромные проекты строительства гидроэлектростанций, например, на реке Сиксаола. Как государственный служащий, я понимаю, что стране нужно электричество. Но как представитель брибри, я понимаю, что этого ни в коем случае нельзя делать. Потому если умрёт природа, пострадает также и мой народ. Брибри – люди тесно объединённые и очень решительные, если они говорят «нет», то это «нет»! За многие сотни лет белые люди не смогли покорить индейцев, и если они до сих пор сопротивляются, это о чём-то говорит! Индейские племена в последние годы изменились, они чётко понимают, что им нужно, а что нет, среди нас уже есть очень много образованных людей – учителей, медиков, инженеров. Я горжусь своим происхождением и также считаю большой честью выполнять свою работу в этом важном государственном учреждении».

Вот так живут и борются индейцы брибри в Коста-Рике

Indígenas bribri